Обзор событий политической сцены Сербии

В Воеводине произошла смена в составе краевого правительства, но споры о легитимности власти в Крае, которые длятся месяцами, продолжаются с не меньшей яростью. Способ обеспечения большинства в парламенте, но и результаты республиканских и местных выборов в отдельных муниципалитетах, позволяют оппонентам утверждать, что новая власть не отражает волю граждан Воеводины, тогда как нынешнее большинство защищается аргументом, что изменения в составе правительства производились в соответствии с законом и установленными демократическими методами.

Всего несколькими днями ранее аналогичным образом сформировано новое большинство в городском парламенте Крагуеваца и власть в этом городе изменилась. Аналогичные случаи были частыми в течение нескольких последних лет. Создавались, особенно на местном уровне, странные коалиции: вчерашние непримиримые политические противники мирились и становились союзниками, а друзья превращались во врагов.

Термин «вербовка депутатов» можно было впервые услышать после развязки в парламенте Воеводины и он действительно новый, но практика, которую он описывает, к сожалению, не нова. Практически с момента принятия закона, по которому мандаты принадлежат депутатам, а не партиям или коалициям, идет вербовка и так наз. покупка, переманивание отдельных народных депутатов из одного лагеря в другой на различных уровнях власти. Создаются коалиции, в которых все могут со всеми, где не смотрят, совпадают ли программы, и не обращают внимания на обещания, данные на выборах, или на прежние взаимоотношения между партиями.

Такая практика, которую граждане считали временной, внедрилась в политическую жизнь Сербии, ее масштабы вызывают озабоченность и показывают, что от нее не застрахована практически ни одна партия. Это продолжается и потому, что ни один случай так называемого перехода в другой табор до сих пор до конца не выяснен. Часто говорят об откатах, о крупных денежных суммах, обещаниях предоставить рабочие места и других преимуществах. Но ни один случай не разбирался в судебном порядке, все заканчивалось самое большее – следующим аналогичным случаем или выборами. Каждая следующая пришедшая к власти партия забывала о таких событиях в предшествующий период и, казалось, имеет право сделать тоже самое, если потребуется. Таким образом, без сомнения банализуется право «выбирать и быть избранным», а избиратели, суверенные владельцы этого права, превращаются в обыкновенную массу, подлежащую подсчету. Аналогичные примеры есть и в других демократических обществах в мире, но в Сербии, мягко говоря, беспокоит то, что отсутствует желание найти способ помешать такой практике, хотя бы в ее самом банальном виде.